НЕВСКАЯ
централизованная
библиотечная
система

Санкт- Петербург, ул. Бабушкина, д. 64

   

Водолазкин, Евгений Германович
(доктор филологических наук; 1964- ).

Авиатор [Текст]: роман / Евгений Водолазкин. - Москва: АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2016. - 410 с. - (Новый роман) (Новая русская классика). - 16+. - Новый роман лауреата премии "Большая книга".
Имеются экземпляры в библиотеках: ЦДБ, ЦРБ, 01, 05, 07, 13, 10, 02, 03, 04, 06.

 

Имя Евгения Водолазкина на книжной обложке – это знак качества для читателя. Роман «Авиатор» так же, как и другие книги автора, выделяется на фоне современного потока художественной литературы, как гранитная скала на фоне песчаных барханов.

Дневниковые записи героя романа Иннокентия Петровича Платонова потихоньку вовлекают читателя в неспешно развивающееся действие. Чистый, образный русский язык Водолазкина – истинное наслаждение для литературных гурманов.

Фантастический сюжет дает возможность писателю описать и мир российской интеллигентной семьи начала века, и послереволюционные годы, и Соловки, и узнаваемые нами реалии девяностых. Люди, о которых пишет автор, – как обыватели начала века, так и наши современники, пусть описанные иногда одним-двумя штрихами, – яркие, живые. Перед глазами читателя проходят и нежная Анастасия, и практичная Настя, и педант Гейгер, и бобыль Зарецкий. Запоминаешь и ласковую медсестру Валентину, и Севу, появляющегося, как будто нарочно, в поворотные моменты жизни Платонова.

В этой книге нет положительных и отрицательных героев, каждый из персонажей книги – просто человек со своими достоинствами и недостатками, со своими тайнами, мечтами и воспоминаниями. Кто прав, кто виноват? История рассудит? А права ли сама история? Кто ее пишет? Платонов с Гейгером и Настей или Воронин, презирающий правду за слабость, за то, что ее всегда побеждает ложь?

Может быть, для человека самое важное в жизни, чтобы он смог рассказать своим детям, как хорошо было пить чай из самовара на даче в Сиверской, и какое счастье было слушать, как бабушка читает «Робинзона Крузо».

«Авиатор» – роман о главном, о том, что не увидеть вблизи. Платонов, оказавшись в другом времени, в другом мире, оглядывается на свою прежнюю жизнь. И что же? И в той жизни, и в этой главное – отношения между людьми, понимание, душевная близость.

У романа открытая концовка, но мы понимаем, что быстрая смерть для Платонова – наилучший выход. Он человек прошлого, его жизнь – там, в начале века. Его призвали на мгновение, чтобы великая любовь его и Анастасии нашла продолжение, и снова ввергли в бездну. Последнее желание авиатора выполнено, самолет взмывает в небо и…

Фадеева Е.С., зав. отделом обслуживания библиотеки № 7

Евгений Германович Водолазкин, российский литературовед и писатель, родился в якиеве в 1964 году. Сразу же после окончания в 1986 году обучения на филологическом факультете КГУ им. Т.Г. Шевченко поступает в аспирантуру Института русской литературы АН СССР (Пушкинский дом), в отдел древнерусской литературы, возглавляемый академиком Д.С. Лихачевым. В 2000году защитил докторскую диссертацию по теме «Всемирная история в литературе Древней Руси». Евгений Германович живет в Санкт-Петербурге. Он - лауреат многих престижных литературных премий, как российских, так и зарубежных.

В 2016 году Е. Водолазкин удостоен второй премии «Большая книга» за роман «Авиатор».

Сюжетная канва «Авиатора» такова: во время сталинских репрессий в Соловецком лагере особого назначения действовала секретная научная лаборатория, занимающаяся крионикой (замораживанием живых организмов) — естественно, с целью последующего оживления.. Эксперименты, естественно, проводят на заключённых и, даже, с их согласия. И, хотя, никто из них, конечно же, не верит в успех «разморозки», но как не согласиться? Ведь жизнь на Соловках, хуже смерти, о которой молят многие заключенные. А тут еще перед замораживанием месяца три можно пожить в очень даже человеческих условиях. Но герою романа, заключённому Иннокентию Платонову, повезло. Его обнаружили и сумели разморозить в 1999 году. И вот он, ровесник века, замороженный в 1932 году, приходит в себя спустя 67 лет, в Санкт-Петербурге. Вокруг новая жизнь, «лихие девяностые», и в эту новую жизнь приходится войти, переосмысливая и собственную судьбу, и судьбу России.

Роман построен как последовательность дневниковых записей — сначала самого Платонова, потом они перемежаются с записями его лечащего врача Гейгера, ставшего своему пациенту близким другом, и молодой девушки Насти — невесты, а затем и жены Платонова. Все трое героев, ведя эти записи, пытаются разобраться и в себе, и в окружающей действительности, и в русской истории. Причём записи переплетены таким образом, что повествование становится объемным, приобретает глубину. Говорится зачастую об одном и том же, но не просто с разных личностных позиций, а с разных духовных уровней. Если Платонов — глубоко верующий православный христианин, то Гейгер — честный и добросовестный агностик, а Настя ещё только делает первые шаги в христианской жизни.

Не стоит мне, непрофессионалу, пересказывать роман, ведь автор так умело и виртуозно владеет языком, что с первой страницы, с первых строк втягиваешься в повествование. Скажу лишь о некоторых идеях, которые, возможно, хотел донести автор до читателя, но это, понятно, будет сугубо субъективным мнением.

У человека подчас бывают такие моменты прозрения, когда он ощущает цельность бытия, ощущает, как всё между собой связано, причём эти связи могут тянуться не только из прошлого в будущее, но и наоборот. Платонов, споря с Гейгером, говорит, что время — это последовательность событий. События же — это что-то большое, всем очевидное, вроде войны, революции, катастрофы. Но кроме «событий», есть ещё и «явления»: запах распускающегося березового листика, янтарный ствол сосны, озаренный закатным солнцем, капли утренней росы на траве… Именно такие явления — они вне времени, и, что самое важное, именно из них состоит основа жизни, благодаря их восприятию выстраивается основа человеческого духа. «Иннокентий сказал, — записывает в своем дневнике доктор Гейгер, — что его формировали не побои в лагере. Совсем другие вещи. Например, стрекотание кузнечика в Сиверской. Запах вскипевшего самовара». Платонов, придя в сознание после «разморозки», не помнит своего прошлого, и память постепенно возвращается к нему благодаря ведению записей. А вспоминает главный герой прежде всего явления. Именно память о явлениях позволяет ему не только вспомнить, что с ним было раньше, но и преодолеть шок от случившегося с ним, осознать и принять всё это.

Еще одна из ключевых идей - это осмысление случившейся с Россией катастрофы. По мнению Платонова, главная её причина лежит не в политико-экономической плоскости. Просто долго, очень долго в людях накапливалось зло, и вот это внутреннее зло разных людей начало резонировать, усиливать друг друга. Когда резонанс достиг некого критического уровня — произошла революция. Человек — существо общественное, причём не только на уровне политики и экономики. Между людьми есть взаимодействие и в духовном плане, когда грехи одних побуждают грешить других. А поддержание себя на более или менее приемлемом нравственном уровне требует постоянных волевых усилий. Ведь падать всегда проще, чем летать.

Отсюда, кстати, вытекает и третья стержневая идея — бессмысленность обиды на власть и тем более бессмысленность мести негодяям. Платонов, пройдя все круги ада в Соловецком лагере, не испытывает никаких иллюзий по поводу советской власти, он видит запредельное зло. Потакать злу, соглашаться со злом он не намерен: это зло не с Марса к нам прилетело, оно вызревало столетиями в человеческих душах. Власть подлая, бесчеловечная, жестокая? Да, верно. Но какой смысл этому ужасаться. Чтобы стало лучше, надо менять почву, на которой взрастает та или иная власть, и никакого другого способа её поменять, кроме «резонанса добра», не просматривается. А чтобы этот резонанс произошёл, необходимо самому оставаться человеком, даже находясь в бесчеловечных обстоятельствах. Может быть, этого условия и недостаточно — однако оно необходимо. Но определиться по отношению к власти Платонову всё-таки проще, чем по отношению к совершенно конкретным негодяям — садисту Воронину, стукачу Зарецкому. Платонов, при всей своей незлобивости и врожденной вере, не может их простить, его тянет к мести. Но ничего хорошего от такой мести не будет, и ему приходится это осознать. «Осуди грех, но прости грешника» - это легко сказать, если речь идёт о каком-то постороннем грешнике, который где-то там сделал что-то, никак тебя не затрагивающее. А если он на твоих глазах изнасиловал знакомую тебе девушку? А если он оклеветал отца твоей возлюбленной? Тогда прощение — высший пилотаж, до него ещё надо дорасти, и это подчас путь длиною в жизнь.

Полученный в детстве заряд любви, доброты и красоты помогает человеку не сломаться в самых страшных обстоятельствах. У Иннокентия Платонова было счастливое детство, были любящие и понимающие его родители. Именно опыт счастья, опыт любви и теплоты — удерживает от отчаяния, не даёт сломаться. Все эти неважные с точки зрения прагматика мелочи — стрекот кузнечика, запах самовара, мамина улыбка — окружают душу защитной бронёй. Эти явления и помогают нам справиться с натиском событий.

Библиотека № 13

Яндекс.Метрика