Лекция «Сумерки призрачной свободы»
В цикле «Субботние встречи с интересными людьми» 22 ноября 2025 года в библиотеке № 2 им. Фёдора Абрамова состоялась лекция «Сумерки призрачной свободы. Цензура города Ленина и поэзия XX века. 1960-е годы», которую прочитал кандидат филологических наук, член Союза писателей Санкт-Петербурга, научный редактор московского издательства «Новое литературное обозрение» и научный редактор «Летописи жизни и творчества Фёдора Абрамова», историк литературы Александр Генрихович Тимофеев.
Во вступительной части, для лучшего погружения слушателей в тему, лектор представил краткий обзор общественной и литературной жизни страны периода «оттепели», которую в её отношении к правам и свободам можно охарактеризовать известными словами: «Шаг вперед и два назад». В ряду перечисленных и наиболее красноречивых противоречий эпохи – публикация «лагерной» повести Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича», но сохранение беспаспортного положения советских крестьян (о чём впервые в полный голос сказал Ф. Абрамов в очерковой повести «Вокруг да около», опубликованной в 1963 г.).
Затем лектор на примере ряда учебников и хрестоматий на тему «Русская литература начала ХХ века (дооктябрьский период)», выпускавшихся и в 1930-е, и в 1960-е гг., наглядно показал, что, несмотря на все исторические перипетии, в университетах и педагогических вузах студентов знакомили как с зарождавшейся «революционной пролетарской литературой», так и с т. н. «декадентскими течениями»: символизмом, акмеизмом и футуризмом. Из имён наиболее ярких их представителей в хрестоматии включались «злейший враг советской власти» (если использовать риторику того времени) Д. С. Мережковский, расстрелянный «участник антисоветского заговора» Н. С. Гумилёв, «подозрительный эмигрант» К. Д. Бальмонт, не говоря об оставшихся в стране «литературных изгоях» Анне Ахматовой, М. А. Кузмине, О. Э. Мандельштаме…
Теперь их книги открыто стоят на полках любой массовой библиотеки, но в течение десятилетий советской власти большинству читателей они были доступны хоть в какой-то степени преимущественно благодаря подобным хрестоматиям, которыми активно пользовались отнюдь не только студенты. Несколько из этих изданий, выпущенные большими тиражами, но давно ставшие библиографическими редкостями, присутствующие смогли увидеть воочию.
В отношении же сугубо литературоведческих изданий ситуация в 1960-е гг. складывалась иначе, особенно после смещения Н. С. Хрущева в октябре 1964 г., когда «оттепель» сменило «похолодание» при следующем лидере страны Л. И. Брежневе.
Основная часть лекции была посвящена малоизвестным историям трёх ленинградских изданий 1966–1968 гг. Два из них подверглись значительной переделке после того, как их первые тиражи уже были отпечатаны, а одно, к печали тогдашних любителей русской поэзии начала ХХ века, так и не увидело света.
Сначала А. Г. Тимофеев обратился к сравнительному анализу экземпляров книги Ефима Добина «Поэзия Анны Ахматовой» (1968), первоначальный вариант которой, разумеется, получивший цензурное разрешение, содержал упоминания Николая Гумилёва, за что и оказался внезапно почти полностью уничтожен уже после того, как был готов к отправке из типографии на книжную базу. Автор даже успел получить в своё распоряжение 50 экземпляров, которые не погнушались изъять у него на дому.
Из книги, которую, судя по всему, пришлось полностью перепечатать, оказались тщательно вычищены все упоминания Гумилёва без всякого стеснения хотя бы тем фактом, что он был мужем Ахматовой. Тем не менее от первого варианта издания всё-таки сохранились считаные экземпляры.
С переделкой двухтомника Большой серии «Библиотеки поэта» «Мастера русского стихотворного перевода» (также 1968), подготовленного литературоведом Ефимом Эткиндом, впоследствии изгнанным из страны за поддержку Александра Солженицына, получилось сложнее. Партийные органы возмутились двумя фразами во вступительной статье (поначалу цензура в них «криминала» не нашла): «В советскую пору происходит удивительный процесс, когда ряд крупнейших советских поэтов становятся профессиональными переводчиками. Это можно сказать о Б. Пастернаке, С. Маршаке, А. Ахматовой, Н. Заболоцком, Л. Мартынове, П. Антокольском (если ограничиться только старшим поколением). Общественные причины такого процесса понятны: лишённые возможности до конца высказать себя в оригинальном творчестве, русские поэты – особенно в годы между XVII и ХХ съездом – говорили со своим читателем устами Гёте, Орбелиани, Шекспира, Гюго».
В результате (очевидно, пытаясь минимизировать убытки, которые издательству никто компенсировать не собирался), в первом томе «Мастеров…» были переделаны только страницы с вступительной статьёй, а вот второй том пришлось печатать целиком заново в связи с изъятием из него переводческих подборок Николая Гумилёва и эмигранта Владислава Ходасевича. За подробностями этого «дела о фразе», слухи о котором дошли до Ф. Абрамова, отсылаю к совместному с А. Г. Тимофеевым комментарию в третьей книге моей «Летописи жизни и творчества Фёдора Абрамова». Соответствующая запись в его дневнике от 26 октября 1968 г. потребовала серьёзных разысканий, которые стали отдельным исследованием.
Считается – и сам Е. Г. Эткинд придерживался этой версии, – что весь первоначальный тираж двухтомника был ликвидирован, но это не так. Судя по оперативному списку новых книг, помещённому в газете «Книжное обозрение» 5 октября 1968 г., обязательные экземпляры в Книжную палату отослали, а один из них благодаря неизвестному сотруднику типографии всё же попал к автору. Другой же – волею случая оказался несколько десятилетий спустя в собрании А. Г. Тимофеева и был продемонстрирован присутствовавшим на лекции. Логика подсказывает, что где-то по-прежнему должно существовать ещё какое-то количество таких непеределанных экземпляров. Поневоле вспоминается история с изданием «Путешествия из Петербурга в Москву» А. Н. Радищева, которое, несмотря на всё тщание властей, так и не удалось полностью изничтожить…
Значительно более печальна судьба томика Малой серии «Библиотеки поэта» объёмом более 800 страниц, тщательно готовившегося её главным редактором В. Н. Орловым, крупнейшим специалистом по творчеству Александра Блока. Много лет книга стояла в перспективном издательском плане, о чём свидетельствует «Аннотированная библиография» этой серии, опубликованная в 1960 и 1965 гг. для всеобщего сведения.
Целью данной антологии было познакомить советского читателя с наиболее значительными стихотворениями одиннадцати полузабытых поэтов «Серебряного века». Однако она так и осталась в корректурных вариантах, на титульном листе одного из которых проставленный от руки год выхода «1966» заменён на «1968». Вероятно, для реального выхода в свет до цензурных ужесточений просто не хватило времени. Стремясь спасти издание, Владимир Орлов сделал попытку преодолеть выставленные заслоны, организовав публикацию подборки стихотворений Н. Гумилёва, М. Кузмина, Фёдора Сологуба, К. Бальмонта и В. Ходасевича из готовящейся книги в столичной «Литературной газете» 22 марта 1967 г., но это не помогло.
Всё, что оставалось: нарисовать шестиконечный православный похоронный крест на титульном листе корректуры с отпечатанным указанием «Макет для служебного пользования» и сохранить её вместе с вёрсткой в ряду других томиков Малой серии. Таких экземпляров должно было быть четыре (по числу копий корректур, выдаваемых из типографии в издательство), если только перед тем, как был рассыпан набор, «для своих» не отпечатали ещё некоторое количество – скажем, десять. Былое местонахождение трёх экземпляров удалось установить, хотя в настоящее время реально можно видеть только один – в сохраненной библиотеке В. Н. Орлова. Но где-то до сих пор может находиться и четвёртый.
…А для нас эти истории из уже сравнительно отдалённого прошлого, увлекательно рассказанные А. Г. Тимофеевым – дополнительный повод уважать печатную книгу и в поисках редких изданий, уцелевших в единичных экземплярах, вновь пересмотреть домашние библиотеки, доставшиеся нам от бабушек и дедушек, матерей и отцов.
Геннадий Мартынов, сотрудник библиотеки № 2 им. Фёдора Абрамова
